«Завидуют люди, такова жизнь»: Александр Плющенко — о смене спортивного гражданства, критике, выступлении с Биланом и кумирах
Месяц назад сын олимпийского чемпиона Евгения Плющенко — 11‑летний фигурист Александр — объявил, что на международных стартах будет представлять Азербайджан. Международный союз конькобежцев уже официально одобрил переход, а в календаре юного спортсмена появились первые крупные старты — этапы юниорской серии Гран-при.
Мы поговорили с Александром о реакции на решение ISU, о давлении и хейте в сети, о выступлении с Димой Биланом, а также о том, на кого из фигуристов он равняется и к каким вершинам стремится.
—
— Как отреагировал, когда пришло официальное разрешение ISU выступать за Азербайджан?
— Облегчение и радость. Это значит, что теперь можно не думать о бумагах и формальностях, а просто готовиться и выходить на старт. Международные турниры — это совсем другие эмоции, другой уровень ответственности и интереса к тебе. Хочется скорее почувствовать этот драйв на льду. Буду настраиваться, работать и постараюсь показать всё, на что способен. Смотрите, переживайте — мне важна поддержка.
—
— Отец уже успел дать какие-то особые наставления именно для международной арены?
— Ничего принципиально нового он не говорил. Смысл один и тот же: нужно делать свою работу. Да, уровень стартов выше, зрителей и внимания больше, но суть фигурного катания не меняется — выходишь на лед и исполняешь программу. Как он всегда говорит: «Не надо думать, кто на трибунах и кто в судейской, думай о своих элементах».
—
— Уже определились, на каких турнирах начнёшь выступать за Азербайджан?
— Да, план понятен. В этом сезоне я заявлен на два юниорских этапа Гран-при — в Турции и в Грузии. Оба старта пройдут в сентябре. Сейчас вся подготовка строится именно под эти соревнования: дорабатываем программы, усложняем контент, шлифуем прокаты по части качества и стабильности.
—
— Какие задачи ставишь перед собой на этих этапах Гран-при?
— Загадывать не люблю. Спорт часто расставляет всё по-своему. Моя задача — выйти и откатать максимально чисто, так, как мы тренируемся. Конечно, я хочу бороться за высокие места, но главное — не сгореть от лишних ожиданий и не потерять голову. Как будет — так и будет, но я точно сделаю всё, что от меня зависит.
—
— После сообщения о переходе в Азербайджан в сети было много обсуждений. Как справляешься с давлением и критикой?
— Что-то я видел, что-то мне показывали. Честно — мне это малоинтересно. Если постоянно читать, кто что о тебе написал, можно просто перестать получать удовольствие от спорта. Я смотрю на это проще: люди всегда будут обсуждать, особенно если ты на виду. Во‑первых, часто это просто зависть — так устроена жизнь. Во‑вторых, если обсуждают, значит, ты вызываешь интерес. Хуже, когда вообще никто не замечает. А раз реакция есть, значит, я что-то делаю так, что люди не могут пройти мимо.
—
— Хейт был не только из‑за смены спортивного гражданства, но и из‑за твоего выступления с Димой Биланом. Что там произошло?
— Многие критикуют, даже не понимая условий, в которых проходило выступление. Лёд был из тонкого пластикового покрытия очень низкого качества. У папы, когда он катался на «Евровидении», было другое покрытие — специальное, со смазкой, оно лучше скользит, больше похоже на нормальный лёд. А у меня такое ощущение было, будто я двигаюсь по резине. Это совсем другие ощущения, тяжелее где-то и разогнаться, и затормозить, и просто стабильно стоять.
Плюс времени на подготовку практически не было — всего около двух часов, чтобы понять, как этот «лёд» вообще работает. Люди, которые сидели у экранов, часто думают, что всё просто: вышел, покатался под музыку и ушёл. На самом деле выступать на таком покрытии очень непросто, особенно если ты привык к настоящему льду.
—
— Вы с отцом изначально хотели отказаться от этого выступления?
— Да, мы понимали, что условия далеки от идеала и что это может быть рискованно. Но организаторы настояли: сказали, что уже всё заявлено, а Диму подводить нельзя. В итоге мы решили, что надо выходить и делать всё, что возможно в этих обстоятельствах. Для меня это тоже опыт — выступление не на привычном льду, в прямом эфире, с большим вниманием публики.
—
— Хотел бы повторить подобное шоу, но уже на хорошем льду и с нормальной подготовкой?
— Не вижу особого смысла что-то «доказывать» таким образом. Те, кто разбирается в фигурном катании, и так знают, что я умею, как тренируюсь и что могу показывать на соревнованиях. Гораздо важнее выйти и доказать всё на спортивном льду — на чемпионатах, на Гран-при, на крупных стартах. Шоу — это красиво, но результат в протоколе для меня важнее.
—
— Если поставить перед тобой выбор: стать олимпийским чемпионом в фигурном катании или выиграть чемпионат мира по футболу — что бы выбрал?
— Олимпийское золото в фигурном катании. Здесь даже думать не нужно. Фигурное катание — это моя жизнь. С детства всё выстроено вокруг льда: тренировки, сборы, старты. Я уже вложил в этот спорт огромную часть себя и хочу дойти до самой вершины именно здесь.
—
— Помимо твоего отца — Евгения Плющенко — есть ли фигурист, на которого особенно равняешься?
— Да, мне всегда нравился Нейтан Чен. Его уровень техники, сложность программ и при этом уверенность на льду — это то, к чему хочется стремиться. Он показал, что можно кататься с огромным количеством сложных прыжков и при этом оставаться артистичным. Так же вдохновляет Юдзуру Ханю — у него невероятная пластика и умение вызывать эмоции у зрителей.
—
— А как относишься к Илье Малинину?
— Он мне тоже импонирует. То, что он делает по части ультра-си, — это шаг в будущее фигурного катания. Его четверные и даже более сложные элементы — это новый уровень риска и мастерства. Смотреть на такое всегда интересно, потому что понимаешь, куда движется наш вид спорта.
—
— Хотел бы добавить в свою программу сальто, как делает Малинин?
— Пока рано что-то обещать. Это очень рискованный элемент, и к таким вещам нужно подходить с холодной головой. Посмотрим, как будет развиваться карьера, насколько будут позволять здоровье и регламент. В теории можно подумать, но прежде всего надо стабильно прыгать то, что уже есть в программах, и дальше усложнять их в рамках правил.
—
О мотивации и жизни между ледовыми тренировками
За громкими заголовками о переходе в другую сборную часто теряется человеческая сторона истории. Для Александра, по его словам, ключевым остаётся не флаг на старте, а ощущение движения вперёд.
— Для меня важно, чтобы у меня была возможность часто выступать и развиваться. Международный опыт — это не только медали, но и понимание, на каком ты уровне по сравнению с другими ребятами из разных стран. Я хочу соревноваться с сильнейшими и расти рядом с ними. Это мотивирует гораздо больше, чем любые споры в интернете.
Вне льда Александр — такой же подросток, но с очень жёстким расписанием. Учёба, хореография, ОФП, ледовые тренировки, восстановление — всё расписано по часам.
— Конечно, иногда хочется просто ни о чём не думать, поиграть, погулять. Но я понимаю, ради чего всё это. Сейчас тот возраст, когда закладывается фундамент на будущее. Если сейчас «схалтурить», потом будет поздно что-то догонять. Поэтому стараюсь держать себя в руках.
—
О работе с ожиданиями и фамилии Плющенко
Фамилия Плющенко одновременно помогает и создаёт особую планку.
— Я понимаю, что от меня ждут большего, чем от обычного мальчишки, который только выходит на международный уровень. Сравнения с папой были и будут всегда. Но я стараюсь воспринимать это спокойно. У нас разные карьеры, разное время, другие правила. Я хочу, чтобы меня воспринимали как отдельного спортсмена, хотя и с таким сильным наставником, как папа.
При этом опыт Евгения Плющенко для Александра — бесценный ресурс.
— Он знает, как готовиться к большим стартам, как справляться с волнением, как вести себя, когда что-то идёт не по плану. Папа часто говорит, что давление — это нормально, это значит, что ты делаешь что-то важное. Главное — не бояться его, а научиться использовать как дополнительный стимул.
—
О цели — Олимпиада и путь к ней
Мечта об олимпийском золоте для Александра не звучит как абстрактная фраза.
— Для любого фигуриста Олимпиада — это вершина. Но до нее далеко, и я это понимаю. Сейчас моя задача — шаг за шагом проходить путь: юниорские старты, взрослая серия, чемпионаты. Нельзя просто проснуться и сказать: «Завтра хочу быть олимпийским чемпионом». Надо сначала доказать себе и всем остальным, что ты стабилен, что ты можешь выдерживать сезон, что ты умеешь кататься под давлением.
Он добавляет, что результаты первых международных стартов за Азербайджан покажут, над чем ещё нужно особенно серьёзно работать.
— Гран-при в Турции и Грузии — это своего рода проверка. После них будет понятно, насколько готов технически и психологически. Главное — не бояться ошибок, а делать выводы и идти дальше.
—
О реакции на смену флага и будущем в составе Азербайджана
Решение выступать за Азербайджан вызвало противоположные реакции — от поддержки до резкой критики.
— Любое нестандартное решение всегда вызывает споры. Но для меня важно, что рядом со мной семья, тренеры, люди, которые реально вовлечены в процесс. Они знают, как и почему принималось это решение. Я чувствую поддержку, а это главное. Остальное — шум.
Что касается будущего в новой команде, Александр смотрит на него с интересом.
— Это новый этап. Новая форма, новая команда, новые старты. Мне хочется не просто представлять страну, но и вносить вклад в развитие фигурного катания там. Если я смогу своими выступлениями привлечь внимание к этому виду спорта, вдохновить местных ребят — это будет круто.
—
О кумирах и собственном стиле
При том, что Александр называет среди кумиров Нейтана Чена, Юдзуру Ханю и Илью Малинина, он подчёркивает:
— Важно не копировать, а брать лучшее и делать своё. У Чена — стабильность и сложность, у Ханю — артистизм и особая магия на льду, у Малинина — бесстрашие и прорыв в технике. Надо анализировать, чему можно у них научиться, и при этом искать собственный стиль. Я хочу, чтобы, когда я выхожу на лёд, люди сразу понимали: это именно мой прокат, а не попытка быть чьей‑то копией.
—
Перед стартом на юниорских этапах Гран-при Александр старается держать фокус только на работе. Внешний шум, обсуждения перехода и оценок — всё это он откладывает в сторону.
— В итоге всё решает лёд. Можно говорить всё что угодно, но именно твой прокат показывает, кто ты есть как спортсмен. Поэтому я не трачу время на споры. Лучше выйду и покажу на льду.